Палеонтолог человеческих душ

11.06.2010
"Беларусь сегодня. СБ", 11 июня 2010 г.


На нашу встречу Елена Ходоренок опоздала. Заставила себя ждать больше "вежливых" 15 минут. Однако когда она явилась на интервью собственной персоной - совсем не в телевизионном "образе" - в джинсах, маечке, одновременно и сосредоточенная на чем-то, и слегка растерянная, - я уже догадывался: причина задержки явно не остановившиеся стрелки на часах. Первое, что сказала ведущая программы "Собственной персоной" Первого канала:
- Пришлось отрезать две с половиной минуты. 

- От кого?
- От Валерия Гаркалина, - Ходоренок не успевала на наше "рандеву", так как сидела в монтажной, готовила к эфиру интервью с народным артистом России. - Бывает, отрежешь эти минуты, и кажется, что все не узнают чего-то важного.

- А сколько всего длится программа?
- Двадцать шесть минут.

- Наверное, это довольно много, чтобы удержать зрителя у экрана.
- Смотря какой человек: если интересный, то его можно слушать часами.

- У вас в гостях побывали многие известные деятели кино, театра, музыканты. Как вы успеваете их записывать? И где?
- Программа всегда записывается в одном интерьере - в специальной студии. Но зачастую знаменитости не хотят двигаться никуда за пределы гостиницы или концертного зала. Не могу же я потребовать от Лаймы Вайкуле, чтобы она ко мне приехала, потому что я так хочу! Приходится подстраиваться, договариваться с организаторами концертов, спектаклей, с продюсерами. Но, к счастью, очень многие сами инициируют встречи.

- А опаздывать артисты любят?
- Чаще всего у них четко спланированный график. Поэтому самая большая проблема, с которой сталкиваешься, когда для записи программы у знаменитости находится, например, только 20 минут. А у наш же хронометраж - 26!

- Как выбираете героя для очередной передачи?
- Выбор, кстати, небогат. К нам нечасто приезжают артисты, в райдере у которых стоит общение с журналистами и с которыми есть о чем поговорить. Но мы пытаемся договариваться с каждым, кто гастролирует в Минске.

- Вы не чувствуете порой усталости от переизбытка общения со звездами?
- Я же работаю не на заводе, не точу каждый день одинаковые детали.

- Но наша с вами работа - это в своем роде также "завод": каждый день нужно "точить" новый сюжет!
- Если бы я каждый день пробегала с камерой по 10 километров, то, может быть, мне было бы тяжеловато. Но я от своей работы получаю удовольствие. Общаться с новыми интересными личностями - это счастье. И сейчас, когда я пересматривала разговор с Валерием Гаркалиным, то еще раз словила себя на мысли, что есть в этом интервью один эпизод, который я бы раз десять повторяла на экране. Валерий Борисович - белорус, о чем, возможно, мало кто знает. Его мама из Минска, здесь жили его бабушка, дедушка, дяди, тети. И однажды, когда он снимался на "Беларусьфильме" в картине "Белые одежды", к нему в павильон пришла мама. Принесла сыну еды. Валерий был целыми днями занят, у него не находилось даже минутки, чтобы поесть нормально. И режиссер Гаркалину сказал: "Ну что ж ты мать держишь в дверях, пусть пройдет, посмотрит, как ты работаешь". На что Валерий сказал: "Мама, проходи". Она села за бутафорским шкафом и наблюдала, как снимали сцену с ее сыном. "И вот она уже умерла, - говорит мне в интервью Гаркалин. - Но каждый раз, когда я вижу в фильме эту сцену, я знаю, что там, за шкафом, сидит моя мама - живая". Это очень трогательно.

- У вас есть благоговение перед артистами?
- Cильно переживала накануне встречи со Шнуровым. Он же бывает несдержан в своей речи, а я, к сожалению, не умею реагировать на хамство. Меня тогда парализует, отказывают мозг, речь - я превращаюсь в растение. Но Шнуров не подвел: пришел трезвый, мы отлично пообщались. Более интересного, философского собеседника у меня, наверное, не было.

- То есть "образ" Шнура не совпал с реальным человеком?
- До личной встречи я воспринимала его, как и большинство людей, "плохишом", который не стесняется в выражениях, не контролирует свое поведение. Но, оказывается, все он контролирует, а то, что кажется неподконтрольным, делает хорошо подумав.

- Давайте вернемся к вашей персоне, Елена. Многие вас до сих пор отождествляют с каналом СТВ. Почему же вы ушли на Первый, хотя в свое время проговорились, что никто вас никуда не переманивал и не переманит?
- Мне захотелось перемен. Пусть на СТВ, как многие говорят, я была "лицом канала", на Первом мне спокойнее: в своей программе я могу делать все, что хочу. Но я прекрасно осознаю тот факт, что, если завтра меня не станет на канале, никто из зрителей по этому поводу рыдать не будет. Может, кроме моей мамы.

- Говорят, вы сами шьете себе одежду?
- Это все в прошлом. Я уже не трачу на это время, которого почти и нет.

- Где одеваетесь?
- Где придется. Не отношу себя к модницам, мне не важно, чтобы вещь была "в тренде", главное - чтобы шла.

- Чего у вас больше в гардеробе?
- Платьев. Я очень люблю женственный стиль.

- Интересно, если бы не телевидение, вы бы пошли в дизайнеры?
- Я уже в десятом классе определилась, что пойду работать на телевидение, и с тех пор шагаю по этой стезе. Но все не потому, что я реализую свою глубинную детскую мечту. Совсем уж глубинной мечтой было желание стать биологом или палеонтологом.

- Нравилось разбирать рыб по косточкам?
- Я этим и сейчас занимаюсь. Как ведущая - я тот же палеонтолог, но человеческих душ, характеров. Жаль, на лето программа "Собственной персоной" закрывается - каникулы. Но осенью будут новые проекты. Так что увидимся! 

Александр РУЖЕЧКА.