Архив онлайн-конференций

Онлайн-конференция на тему безопасности детей в социальных сетях

Онлайн-конференция на тему безопасности детей в социальных сетях

Социальные сети заполонили сообщества, где детям навязывают отнюдь не детские игры. СМИ уже окрестили их группами смерти, а правоохранители активно борются с организаторами таких групп. Как обезопасить своего ребенка от их влияния и какие меры принимаются для борьбы с данными угрозами, обсудили с официальным представителем ГУВД Мингорисполкома Александром Ластовским во время онлайн-конференции.

06.04.2017

Вопросы конференции


Здравствуйте! Скажите, как вы вычисляете эти группы смерти? Я ради интереса посмотрела разные группы про китов, но там или просто грустные цитаты, или реально все про китов и дельфинов.
Анна (Неизвестно)

Александр Ластовский: Для начала, когда я впервые узнал про это беду “Синих китов”, я решил сам найти эти группы, посмотреть их изнутри как пользователь. На самом деле, найти их достаточно сложно. Многочисленные группы, которые сейчас существуют в социальных сетях, ничего общего с группами смерти не имеют. Вся эта "игра" происходит вне этих групп. Эти группы существуют сейчас в первую очередь для того, чтобы жертва и ее сопровождатый нашли друг друга, чтобы "куратор" нашел "жертву". А каким образом это происходит - человек пишет в социальных сетях: "Хочу в игру". Так называемый "куратор" отслеживает, кем бы ему заняться, он видит этот сигнал и, возможно, со временем на свою "жертву" и выходит. После того как они познакомились, вся переписка происходит в социальных сетях непосредственно в личном общении. Поэтому узнать, о чем переписываются "жертва" и "куратор", можно лишь проникнув в эту переписку. Но технически проникнуть очень сложно. Мы общались с администрацией “ВКонтакте”, они также сказали, что посмотреть переписку и узнать, о чем там идет речь, достаточно сложно. Дело в том, что изначально и в этих группах, и в личной переписке избегают конкретных названий, не используют слова-маячки, за которые можно было бы зацепиться и узнать, о чем же идет переписка. 

Говоря про группы "Китов", "Дельфинов", надо было бы нашим зрителям объяснить, кто есть кто и немножко ввести в терминологию. "Киты" - это те подростки, которые ищут встречи со смертью. "Кураторы" - люди, которые якобы им помогают, выдавая задание, подводят к последнему (50-му) суицидальному заданию. "Дельфины" - это антикиты, третья категория участников, которая настроена на позитив. Они пытаются отговорить "китов" от совершения суицидальных поступков. Все эти категории - “киты”, “жертвы”, “кураторы”, “дельфины” - подростки. Где-то это напоминает "Зарницу" из моего детства, или даже казаки-разбойники. Когда одна банда ловит другую, потом меняются, и происходит все наоборот - по сути это все детская игра. Мы, конечно, дальше остановимся на подробностях, конкретизируем роль каждой из этих групп и как все это происходит.

Знаю, что группы смерти появились сначала в России, а затем "перекочевали" в Беларусь и Украину. В России действительно были смертельные случаи. Не думаю, что российские специалисты бездействовали, но так уж получилось, что это коснулось и нашей страны. Скажите, какие сейчас совместные действия предпринимаются для того, чтобы наказать виновных и заблокировать группы?
Иван (Неизвестно)

Александр Ластовский: Вопрос объемный, поэтому начнем отвечать по частям. Во-первых, группы смерти, действительно, появились сначала в России и Украине, а только потом уже перекочевали в Беларусь. Промежуточным звеном стал Казахстан, где также якобы были зафиксированы случаи суицида. Но на самом деле группы смерти появились гораздо раньше. Там обсуждались попытки свести счеты с жизнью, в них состояли дети с суицидальными наклонностями либо обсуждали способы уйти из жизни наиболее безболезненно, но единственное, не было этой красивой оболочки "синий кит". На самом деле явление подросткового суицида пришло не с "синими китами", оно появилось гораздо раньше. Подростковый суицид был, есть и будет. К сожалению, это явление, которое удалением "синих китов" не победить. Опасность игры заключается в том, что этому явлению придали образец красочности, интриги, добавили игровой контент и убрали страшную картинку финала, т.е несколько идеализировали смерть. Поэтому подросток, который находится в пограничном состоянии и ищет смерти, как раз через это увлечение может распрощаться с жизнью более легко и при этом стать героем, которого будут обсуждать в Интернете. 

"В России были смертельные случаи", - пишет Иван. Но я не получил реального подтверждения этим фактам. Озвучиваются совершенно различные цифры. Якобы 130 подростков, играя в эту игру, покончили жизнь самоубийством. И 80 называют. Я спрашивал российских коллег из правоохранительных органов о реальном количестве подростковых суицидов, связанных непосредственно с деятельностью подобных групп. Точного ответа нет. У меня даже возникает подозрение, что обозначенные цифры были взяты если не с потолка, то путем, наверное, весьма грубых подсчетов. Потому что даже я сам натыкался на списки с перечнем якобы погибших подростков, игравших в эту игру. Но даже на страницах подростков из подобных списков нет ни одного упоминания об этой игре. Почему они причислены к числу так называемых китов, я не знаю. За российскую статистику не скажу. 

Что касается белорусской статистики, количество совершенных суицидов среди подростков с начала года - три. Ни один из них не связан с этой игрой. Вообще, количество суицидальных попыток от года к году падает. Если 10 лет назад мы вели речь о 50-80 фактах суицидов ежегодно, то сейчас цифра вдвое меньше. В прошлом году не было ни одного суицидального поступка, который был бы непосредственно связан с этой игрой. С другой стороны, с начала нынешнего года возбуждено несколько уголовных дел, связанных с попыткой довести до суицида. В данном случае мы говорим о четко зафиксированных фактах суицидальных попыток, связанных непосредственно с этой игрой, а их с начала этого года и в прошлом году не зафиксировано. Поэтому как относиться к этой статистике? Я думаю, надо все-таки с осторожностью, и объективно понимать, что ни в России, ни в Казахстане, ни у нас нет конкретных фактов, которые можно было бы связать именно с данной игрой. 

Касательно совместной работы с правоохранителями других стран… Я думаю, что правоохранительные органы любого государства следует своей линии поведения, предписанной Уголовно-процессуальным законодательством. Мы здесь не исключение. Единственное, с учетом того, насколько эта тема будоражит общество соседних стран, нашими правоохранительными органами была предпринята уникальная попытка обобщить информацию о подростках, которые состоят в наиболее популярных сообществах "Синий кит". Опять же, делаем поправку на то, что мы не знаем, играют ли они в эти игры, но мы априори считаем, что играют. Раз они там состоят, значит, им там интересно. Мы сделали данную выборку подростков из Минска. И в ближайшее время направим, либо она уже направлена в учебные заведения, для того, чтобы обратить внимание педагогов и родителей на этих детей. Речь не идет о поголовных беседах, профилактических мероприятиях. Здесь органы образования сами будут решать, стоит ли проводить воспитательную работу с подростками и разъяснительную работу с родителями, но никак не милиция. У нас на это нет полномочий. Я знаю, что в СК РБ предпринимаются самые серьезные шаги для того, чтобы найти действенный механизм противодействия общеподростковым суицидам, это не касается групп смерти в целом. 

Как мне вчера стало известно, московские коллеги пошли по пути создания дополнительного отдела из числа наиболее подготовленных сотрудников, работающих в социальных сетях. Работа отдела будет направлена на предотвращение педофилии и прочих преступлений, связанных именно с детьми. Был создан дополнительный отдел на базе Московского уголовного розыска, сотрудники которого в плотном взаимодействии с администраторами социальных сетей непосредственно будут работать по выявлению так называемых кураторов, что поможет предотвращать беду.

Добрый день! Скажите, кто из детей в группе риска? Возможно, из-за разницы в поколениях, мне сложно представить, чтобы ребенок, которого все любят, который занят в кружках/секциях играл в эти игры и пытался покончить с собой.
Екатерина (Неизвестно)

Александр Ластовский: В подавляющем большинстве этих случаев (изучались социальные данные детей, которые оказались вовлеченными в эти игры), в 99 случаях из 100 у детей были какие-то проблемы, проблемы психологического характера, связанные с недопониманием родителями, проблемы в общении со сверстниками, неудовлетворенность внешним видом, какие-то жизненные неурядицы. Мы говорим о детях, в подростковом возрасте все что угодно может склонить подростка к депрессии, ввести его в депрессию или подтолкнуть его к поиску возможного решения. И здесь "группа смерти" предлагает радикальный, но красивый способ решить все проблемы. Ничего не болит, и ты герой. Если ребенок ищет помощи и не находит ее в близком окружении, он найдет ее в Интернете. Интернет общедоступен и ограничить контент определенного рода сейчас очень сложно. Есть масса помощников, которые помогут ребенку найти нечто запретное, том числе Google Chrome, поисковая система, которая выдает полнейшую информацию. При желании можно найти все. 

Даже те случаи в Беларуси, о которых мы говорим, все они сейчас изучены. Казалось бы, ребенок из благополучной семьи, но все равно те или иные проблемы у него были. Если говорить про случай с 17-летней девочкой, то у нее на фоне взаимоотношений с окружающими сложился определенный комплекс или проблема, которую она пыталась решить путем самоубийства. Я не хочу сказать, что дети, у которых все внешне вроде бы хорошо, они имеют некий иммунитет от вовлечения в подобные игры, ни капли. Если ребенок внушаемый и хорошо внушаемый, он может быть вовлечен в игру, из которой по разным причинам сам не сможет выйти. Даже из-за боязни, что его родственникам может быть причинен вред. Кураторы тщательно изучают жертву, ее страничку в соцсетях, дружеские и родственные связи. Если ребенок о себе не оставляет никакой информации, не пишет о месте проживания, учебы, но указывает своих друзей, родственников, отмечает на фотографии близких, знакомых, то через них собрать о нем информацию проще простого. Этим очень активно пользуются кураторы, когда ребенок пытается выйти из игры, когда он доходит до определенной стадии, и ему уже становится страшно. Тогда они начинают запугивать тем, что они знают его данные, телефоны, родственников. Говорят, что их убьют, если он выйдет из игры. Ребенок запуган. Он в этой ситуации не может адекватно оценивать, что данную информацию можно собрать без использования криминальных инструментов, что ее получили из его контакт-листа. Ребенок боится быть осмеянным, наказанным. Под таким психологическим давлением его доводят до крайних мер. 

Во всех 100 процентах случаев есть проблемы во взаимоотношений родителей и детей, которые родители вовремя не рассмотрели. Также присутствует и социальный аспект. Если ребенок на протяжении длительного времени просыпается в 4 утра, смотрит депрессивные фильмы, если у него на руках появляются нехарактерные царапины, если он ведет себя совершенно неадекватно, и родители не обращают на это внимание, то о каком благополучии в семье можно говорить.  

А что сейчас с основателем этой игры - Филиппом Лисом? Его же поймали?
Игорь (Неизвестно)

Александр Ластовский: Настало время окунуться в историю появления этой игры. Вообще Филипп Лис, по моему стойкому убеждению, не является изобретателем так называемых групп смерти и игр с измененной реальностью. Он - обычный звукорежиссер, может быть, не самый удачливый российский подросток, который, чтобы раскрутить собственную страничку в Интернете, придумал игру, состоящую из 14 заданий, которые не были связаны с суицидом. Это был своего рода ребус, шарада. Он хотел просто привлечь внимание к своему творчеству, своей музыкальной группе. А уже потом у него появились соратники, которые превносили в эту игру все новые и новые элементы. Однажды он познакомился с интернет-пользователем под ником “Море китов", откуда и пошла "китовая" тематика. Этот пользователь доработал идею до того состояния, которое сегодня принято понимать под игрой "Синий кит". Пока нет реальных подтверждений того, что эти подростки кого-то довели до суицида посредством 50-ти заданий. На самом деле, это было всего лишь развлечение. Никакой тайной символики в нем не было. Хэштег F57 расшифровывается очень просто: F -Филипп, а 57 - несколько цифр номера его мобильного телефона. Никакой таинственности за этим хэштегом нет. Символ, которые многие воспринимают как связанный с сатанизмом, с потусторонним миром, Филипп Лис украл у торговой марки одежды и немного его видоизменил. 

После того как ставшая известной в Интернете 15-летняя девочка из России покончила с собой, положив голову на рельсы перед проходящим поездом, оставив фотографию с надписью "Ня. Пока", ее смерть Филипп Лис и его соратники приписали себе. Они демонизировали ее, возвели девочку в ранг своих достижений. Стали говорить, что довели ее до суицида посредством этих заданий. Поднялся ажиотаж вокруг этой темы среди пользователей социальных сетей. Когда это дошло до российских СМИ, они тоже активно подключились к обсуждению темы. Сейчас Филипп содержится в СИЗО, по-моему, в Питере. Ему предъявлено обвинение, но я не уверен, что все жертвы, которых он записал на свой счет, вообще реальны. Это очень сложно доказать. На мой взгляд, это не более, чем просто попытка привлечь к себе внимание. Следственные органы Российской Федерации разберутся в этом деле и дадут точную взвешенную юридическую оценку. Но лично я не увидел ничего однозначно указывающего на его вину.

Насколько знаю, все началось с книги "50 дней до моего самоубийства". Ее не рекомендуют читать, т. к. она якобы вводит в депрессию. Однако я читала эту книгу и совсем не согласна с таким мнением о ней. Она мне помогла, когда у меня действительно было много проблем. Может, не стоит винить во всем книгу?
Анна (Неизвестно)

Александр Ластовский: Согласен с Анной. Здесь книга абсолютно ни при чем. Как я уже говорил, при задумке этой игры, ее элементы брались отовсюду. Оттуда фрагмент, оттуда фрагмент. Возможно, кто-то прочел эту книгу и просто взял цифру 50 и мотив книги за основу. Подросток решил уйти из жизни, но в течение 50-ти дней героиня хочет понять, она за жизнь или за смерть. И кто-то, прочитав эту книгу, взял за основу ее моральный выбор. Никакой таинственности и никакой глубокой связи книги и игры нет. Все элементы этой страшной игры взяты отовсюду. Когда она появилась, то я предполагаю, что, возможно, за ней никто и не стоял. Не было никакой могущественной организации, которая создала игру для того, чтобы склонять подростков к самоубийству в массовом порядке.

Если говорить непосредственно о сути игры, речь не идет о каких-то посторонних заданиях, которые выполняет подросток. Во всех случаях, 50 заданий, которые упоминаются в Интернете, сводятся к 3-4 типам: 1) выцарапать у себя на руке лезвием или нарисовать кита или символ F-57. Второй тип заданий - это просыпаться в определенное время, в 4.20. утра. Опять же, 4.20 - время, выбранное неслучайно и случайно одновременно. Неслучайно потому, что когда на протяжении долгого времени подросток просыпается в 4.20, у него отключается инстинкт самосохранения и совершить суицидальный поступок ему становится проще, так как инстинкт самосохранения не работает, нет страха перед смертью. Ты толком не осознаешь, что делаешь. Поэтому прыгнуть с крыши или выпить гору таблеток гораздо проще в таком психологическом состоянии. Случайность этого времени - 4.20 - обусловлена тем, что есть такая американская песня или композиция, смысл которой заключается в том, что в 4.20 поклонники марихуаны курят ее. И этот символ уходит корнями туда. В качестве графического сопровождения выбран переработанный логотип торговой марки. Т.е. символика книги, некое время - 4.20, торговая марка одежды. Вы видите, несколько все символы не связаны между собой. Но все, собранные вместе, они представляют собой какое-то таинство и интерес. Сколько я не пытался найти каких-то концов, выводящих на то, что это оружие массового поражения и специально придуманная кем-то методика уничтожения молодого населения, я так и не нашел. Но я не могу исключать того, что сегодня, завтра или когда-то кто-то в криминальных целях не воспользуется уже готовым продуктом. Я даже облазил все доступные и недоступные уголки Интернета в поисках заказчиков. Я подумал, что если кто-то за этим стоит, то кто-то проплачивает работу кураторов, потому что куратор на протяжении полутора месяцев должен следить за жертвой, не отпускать ее из своих сетей, не отпускать ее из своего психологического плена. Это затратное и хлопотное дело. Но, кроме как подростков того же возраста, что и киты, я ни на кого не выходил. Честно скажу.

На ваш взгляд, почему о группах смерти начали так много говорить? Неужели раньше подростки не интересовались этой темой? Были же кружки юных сатанистов, и эмо, и сколько всего было!
Николай (Неизвестно)

Александр Ластовский: Группы смерти, на мой взгляд, это такая же городская легенда, как и сатанисты, эмо. Каждая эпоха имеет свои страхи, свои увлечения, свою субкультуру. Сейчас я подробно изучаю тематику субкультур. Различные субкультуры были во все времена. В 80-е были металлисты, в 2000-е появились эмо, 90-е - это поколение сатанистов. Молодежь всегда сбивалась в кучки по интересам. 

Касательно групп смерти, то это не изобретение нынешнего года или прошлого года. Несколько лет назад группы смерти делали все то же самое, только называли они себя иначе, без этой красивой обертки, которой сейчас является образ "Синего кита". Там были подростки, которые общались между собой и обсуждали суицидальные попытки, то есть, ничего нового. Но, тем не менее, хорошо поданная идея находит отражение в массах. Вопрос: стоит ли об этом говорить или не стоит. Я для себя сделал однозначный вывод, что следует не прятаться от этих проблем, а, наоборот, о них рассказывать подросткам. Молодежь и без нас отлично знает, что это такое. Но надо с подростками разговаривать и объяснять, что ничего таинственного здесь нет, и героем ты таким образом не станешь. Интересно тебе - почитай, посиди в этих группах, но потом возвращайся к нормальной жизни. Родителям надо рассказывать, что такое "синие киты", что такое группы смерти и множество других страхов, которые актуальны в Интернете. Родители не настолько продвинуты в интернет-технологиях, как молодежь, которая может при помощи социальных сетей, поисковых систем найти любую информацию. Можно найти даже онлайн-трансляцию из космоса. Раньше дети мечтали быть космонавтами, сейчас можно не выходя из квартиры стать космонавтом.

Тема смерти, суицидов всегда интересовала молодежь. Пытливые умы всегда интересовались, что там за гранью, но оттуда онлайн-трансляции не ведутся, поэтому удовлетворить их интерес не возможно, кроме как попытаться пройтись по грани, вступая в подобные группы. Подобные группы очень вредны для тех, кто находится в пограничном состоянии, они могут подтолкнуть к ужасному действию, но абсолютно безвредны для людей с устойчивой психикой. 

Скажите, кто эти кураторы, которые подталкивают детей на самоубийства? Кто эти люди? Зачем они так делают? Они же вряд ли зарабатывают на смертях деньги.
Юлия (Неизвестно)

Александр Ластовский: Приведу пример из личного опыта. Я просил найти куратора, писал: "хочу в игру". Сколько я не общался с кураторами, которые на меня выходили, это были подростки 14 - 18 лет, не старше. Я с разговаривал, разоблачал их. Это те же самые казаки-разбойники. Кто-то хочет доминировать. Кто-то подчиняться. Если один хочет, чтобы с ними поиграли, помогли решить какую-то жизненную проблему или довели до суицида, то второй просто видит для себя роль куратора - я могу управлять, говорить, что тебе делать, доминировать. Есть спрос, есть предложение. Куратор  получает от этого удовольствие, свои дивиденды. Никакого подтверждения, что за кураторами стоят секты, межнациональные банды, группировки, что это как-то спонсируется, ничего подобного я не нашел.  

Сколько случаев зафиксировано в Беларуси? Как дети объясняли, почему они играют в это?
Галина (Неизвестно)

Александр Ластовский: Вопрос цепляет несколько предыдущих. Когда мы начали активно рассказывать о "синих китах" и давать советы родителям, на что обратить внимание в поведении своих детей, стали поступать от них сигналы - мой ребенок играет, что мне делать. Родители, прочтя информацию, начинают понимать и находить объяснение тому, что происходит с их ребенком. Мы выясняем, что ребенок ведет с кем-то переписку. Если ему даются задания, он просыпается утром, наносит себе повреждения, рисует на руках китов, эта символика находится на его тетрадях, то правоохранителям пора бить тревогу. Необходимо привлекать педагогов в том числе, чтобы помочь ребенку справиться с таким психологическим грузом.

Как дети это объясняют? Спектр оправданий довольно широк, начиная от того, что "мне просто интересно", до "у меня есть проблема. Я общаюсь со своим куратором, он мне помогает". Он нарисовал кита и стало легче на душе, то есть психологически подросток разгрузился, этот пар, который в нем накопился, нашел выход, а он нашел понимание. По большому счету, всех привлекает игровой момент. Когда я не только пытался найти своего куратора, но и сам стать куратором, я понял, что это игра. Я совершенно спокойно написал в двух группах подросткам, которые "хотели в игру". Первого подростка, которому я представился его куратором, не смутила даже аватарка “ГУВД Мингорисполкома”, моя милицейская форма. 

- Я хочу стать жертвой, - пишет он мне.

- Хорошо, хочешь стать жертвой, давай. Рисуй себе ручкой кита на руке", - предлагаю я. 

Через пять минут присылает фотографию с нарисованным китом, но фотография явно не его. Я его попросил продублировать рисунок, он присылает такой же, но только расположенный на другой руке. Дети играют. 

- Ладно, - говорю, - тебя ничего не смущает?

- А что меня должно смущать? - отвечает.

- Посмотри мою анкету, вроде там все понятно, что я сотрудник милиции.

- Ты, наверное, прикалываешься. Я хочу играть! - и вот пристал ко мне. 

- Ладно, я экспресс-куратор. Даю только первое и последнее задание - прыгай с крыши! - говорю ему.

- С крыши не хочу, я играть хочу. 

Наш диалог - реальное подтверждение тому, что дети играют просто ради интереса. С одной стороны, чем больше мы об этом говорим, тем больше подростков об этом узнает. Многим хочется поиграть в эту виртуальную с элементами реальности игру. Вторая девочка была из Украины, если не ошибаюсь. Начинаю разговор.

- Вот я твой куратор. 

- Класс! У меня есть свой куратор! Я крутая девчонка! В школе всем расскажу.

- Ладно, нам некогда, вот давай выполняй первое и последнее задание".

- Нет, я не могу сегодня прыгать с крыши, потому что мне нужно на завтра уроки учить, стих сдавать.

Вот еще одно подтверждение, что это просто игра. И с кем я только ни общался, и псевдокураторы были, и "дельфины" так называемые. Тоже своеобразная категория, которая только подзадоривает и разогревает эту тему. Это всего лишь детская забава. И я не думаю, что "синие киты" так уж сильно в той же России влияют на общую картину суицидов. Мне кажется, что проблема не в игре, проблема в детях, в подростковых проблемах, которые вовремя не разрешаются. И все заканчивается таким трагичным образом. 

Говорили, что списки детей, которые состоят в группах смерти, передадут в управление образования. Правда ли это? Что ждет детей и их родителей за участие в такой группе?
Дмитрий (Гродно)

Александр Ластовский: А что может быть для родителей. Мы же не говорим об административной или уголовной ответственности. Мы говорим лишь о помощи педагогам в том, чтобы педагоги достучались до родителей и объяснили им всю опасность ситуации. Если ребенок оказался вовлеченным в подобную игру, значит, у него есть проблемы. Если вы вовремя это поймете, то собственно 50 процентов беды уже предупреждено. Начнете общаться с ребенком, вникать в его проблемы, еще 25 процентов успеха. Нашел такую фразу: "Лучше пять минут покраснеть от стыда у психолога, чем чернеть от горя на могиле у ребенка". Если вовремя не рассмотреть беду, то неизвестно, к чему это все может привести. 

Слышал про игру "Беги или умри". А недавно двое детей выбежали прямо под колеса, хорошо, что успел затормозить. А дети дальше побежали… Я вот думаю, может они в нее играли?
Владимир (Орша)

Александр Ластовский: Это не уникальное явление, когда дети во дворе бегут прямо под колеса. Наши дети редко думают о той опасности, которую представляет окружающий мир. И не "Беги или умри" здесь причина. Об этой игре я тоже слышал, пытался найти какие-то концы. Кроме 2-3 сюжетов ничего не нашел. Это, пожалуй, тот случай, когда СМИ сами рождают какое-то явление, после чего дети начинают вбивать в строку поиска "беги или умри", находят какие-то ссылки. Если есть спрос, в Интернете очень быстро рождается предложение, группы, которые так и будут называться "Беги или умри". Дети туда потянутся. Таким образом, явление, которое не существовало раньше, начнет существовать. Будет искусственно рождено. Официально могу заявить, что в настоящее время ни одного факта, связанного с данной игрой, нет как в Минске, так и во всей стране. Я не исключаю, что если мы еще несколько раз произнесем это название, то завтра в соцсетях появятся подобные группы. 

Добрый день! Не могли бы вы рассказать о случае с 17-летней школьницей из Витебска? Журналисты писали, что она оставила предсмертную записку, потом было опровержение. И как это возможно при том, что ее и семью характеризовали положительно, едва не случилась трагедия?
Алла (Неизвестно)
Александр Ластовский: В настоящее время проводятся следственные действия, поэтому мы не можем информацию озвучивать. Сейчас девочка находится под наблюдением специалистов. По моей информации, семья характеризовалась как положительная. И если с родителями, например, вопросов нет, то у девушки могли быть проблемы в общении со сверстниками, с молодым человеком, с одноклассниками, педагогами. В этом возрасте проблемы находят детей. Где-то что-то произошло, и на каком-то этапе, может быть, она предприняла не самый разумный шаг, который, по ее мнению, мог бы решить все проблемы. Но она не дошла до конца, и, к счастью, трагедии не произошло. Может быть, несколько лет спустя она с ужасом будет об этом вспоминать. 

В подростковом периоде, конечно, наши дети подвержены радикальным решениям своих житейских проблем. Поэтому и родителям, и психологам, и педагогам надо быть начеку. Почему мы решили  обратиться к педагогам. Потому что существуют официальные группы классов, школы, учителя иногда в их состоят, активно ведут работу, и в группе, например, появляется пост: "Хочу в игру "Синий кит". Педагог пропускает эти фразы, ключевые моменты, потому что сам не до конца понимает, что это такое. Поэтому, в первую очередь, информация должна быть у педагогов. Конечно, у них и так нагрузка колоссальная, связанная с учебным процессом. Но учитель - профессия социальная, и здесь элемент социализации ни в коем случае нельзя упускать. 
Сегодня практически на каждом общешкольном родительском собрании говорят об опасностях, которые таят в себе соцсети, для детей и подростков. О необходимости родительского контроля и в этой сфере. Как же все-таки правильно выстроить свои отношения с ребенком: предупредить, что будем заходить периодически на его страницу, делать это тайком (чего не хотелось бы...) Ваш совет.
мама (Неизвестно)

Александр Ластовский: В каждом конкретном случае надо использовать свой метод. Универсальных методов здесь нет. Один ребенок воспримет нормально, если мама-папа проконтролировали, другой воспримет это как вмешательство и попытку выдернуть его из того мира, где он живет. Поэтому, если есть возможность, надо пообщаться в комплексе с педагогом, узнать, как ребенок себя ведет на уроках, на перемене. Затем, если есть в школе социальный педагог, то можно с ним пообщаться. Здесь нет ничего страшного. Это специалисты, которые вовремя могут дать сигнал, если с ребенком что-то не то. Надо посмотреть круг общения, посмотреть какие символы вокруг себя он оставляет, что он в тетрадках рисует, какие себе сообщения на "стены" постит, в какие игры играет, какие программы устанавливает. Если присутствуют откровенно депрессивные наклонности, то пора бить тревогу, потому что один из фактов суицида, произошедшего недавно, был связан с выполнением одного из заданий игры.

Обладаете ли вы информацией насколько активно в учреждениях образования обсуждают тему интернета на воспитательных мероприятиях? Не могли бы вы посоветовать, что можно обсудить на классном часу у старшеклассников в рамках темы безопасности в соцсетях? Или дать полезные ссылки на сайты?
Мария, учительница (Неизвестно)

Александр Ластовский: Социальные сети лет 10 назад подразумевали собой просто интересное общение. Сегодня опасность в соцсетях не столько в картинках или видеозаписях, а в конкретных действиях. Смотрите, группы смерти. Раз мы сегодня говорим об этом на главном канале страны, то проблема серьезная. Хотя статистически она пока никак не выявляется, но она существует. Игры с измененной реальностью, игры с дополненной реальностью. Взять тех же покемонов - забавные зверушки, но как массово молодежь начала ими увлекаться. Мы проводили исследования с точки зрения профилактики, как эта игра может негативно сказаться на ребенке. Есть игры пограничного состояния - из виртуального мира переходящие в реальный. То есть в виртуальном мире дается задание найти какой-то тайник, а в реальном мире ты должен его найти. Все эти игры могут использоваться во вред.

Сейчас появились такие проблемы, как незаконная интернет-коммерция. Кто-то специально создает группу, наращивает ее до определенной численности, чтобы потом продать рекламное место в группе и получить за это деньги. Очень часто эти группы создаются для массовости, именно они раскручивают эту тематику, потому что чем больше людей состоит в группе, тем дороже можно продать рекламное место. Интернет становится прибежищем интернет-мошенников, совершаются различные преступления.

Надо больше детям говорить о том, какие страхи и опасности их поджидают на выходе из виртуального мира в реальный. Два вопиющих случая произошли в последнее время. Молодой человек через Интернет устраивал стрим, то есть онлайн транслировал запись происходящего с видеокамеры. Он пытался вступить в связь с несовершеннолетними девочками, уговорами пытался их раскрепостить для того, чтобы они разделись, и все это могли видеть те, кто подключался к трансляции. Таким образом молодой человек хотел заработать денег, получить популярность, но совсем не думал, что нарушает ряд статей Уголовного кодекса. Или вторая ситуация, когда интернет-мошенники знакомились с будущими жертвами, затем переходили в "Скайп", запускали видеотрансляцию, раскручивали жертв на обнажение, записывали это, а затем связь обрывалась и приходило сообщение с украинского и российского номера: "Если ты не перечислишь определенную сумму денег на этот счет, эта видеозапись будет разослана всем твоим друзьям". 

Рассказывать о различных возможностях Интернета надо не с точки зрения их красочности, таинственности, а с точки зрения предупреждения негативных последствий (профилактики). Надо показывать, насколько это все банальные схемы, и что может быть страшно, опасно и грязно. 
Скажите, а что делать, если ребенок начал странно себя вести? И на какие странности нужно в первую очередь обратить внимание?
Анастасия (Неизвестно)

Ведущая: Мы уже говорили о странностях, на которые нужно обращать внимание. Это символика, недосыпание.

Александр Ластовский: Можно посмотреть, в какие игры он играет, что у него есть на компьютере. Можете в отсутствие ребенка посмотреть его переписку. Некрасиво. Я считаю, что обязанность по воспитанию детей выше каких-то прав на личное информационное пространство ребенка. Если он на полпути к 50-му заданию, то что, его права выше, чем ваша обязанность спасти ребенка. Здесь, конечно, скользкий вопрос. Можно сделать проще. Можно завести параллельную страничку в Интернете, в соцсети, где пропадает ваш ребенок, подружиться с ним, пообщаться, вступить в переписку. Я думаю, что многие родители будут шокированы тем, какой жизнью живет их ребенок вне дома. Есть масса программ родительского контроля, также фильтры фраз, выражений, слов. Они помогут поймать сигнал от вашего ребенка. Можно предложить ребенку из-за невозможности доступа к стандартному компьютеру зайти в Интернет с помощью мобильного телефона. Если там пароль сохранился или программа не закрылась, и вы одним глазом посмотрите, ничего страшного в этом не будет. Может быть, это не самые популярные советы, но банальные советы я давать не хочу, потому что я общался с теми "китами", которые находились на грани выполнения 48-49 задания. С ними разговаривать бесполезно. Они все банальные советы просто не воспринимают. Надо что-то радикальное. Обрубить Интернет, вывести ребенка в поход, на дачу, желательно, чтобы там не было Интернета. Но надо учитывать, чтобы эти меры не вызвали негативный резонанс. Обратиться к психологу. Он знает, как вывести ребенка из этого состояния, как минимизировать последствия действия негатива на него.   

Мой ребёнок играл в "беги или умри", узнала об этом случайно. Мне сложно это принять, а он вообще ничего объяснить не может, говорит с ребятами же, интересно было… Я понимаю, мы тоже в детстве в речку с обрыва на спор прыгали.. Как не покалечились, чудо.. Но я же не могу запереть его дома и забрать компьютер? Может, предусмотрены какие-то вирусные специальные программы для родителей, которые помогут предупредить в случае опасности?
Светлана (Бобруйск)

Александр Ластовский: Опять-таки. Играл ли ребенок в "Беги или умри"? Мне кажется, что ребенок прочитал где-то в Интернете это название, и они своим детские шалости просто стали так называть. И это уже кем-то было подхвачено, как будто есть такая игра "Беги или умри". Но коль уж я официально представляю ГУВД Мингорисполкома, я также официально утверждаю, что такой игры нет, такого увлечения нет, есть просто забава подростков испытывать свои нервы на прочность, перебегая перед движущимися автомобилями. И я тоже в своем детстве играл в эту игру, правда, мы ее никак не называли, просто хватали "кайф", перебегая перед опасными объектами. Были разные модификации этой игры. И на стройках испытывали судьбу, и перед машинами, и цепляясь за троллейбусы и трамваи, катались. Опасных игр было в детстве много. Поэтому мы не говорим здесь про игру "Беги или умри", как явление какое-то существующее. В каждом детстве свои радости, свои игры, свои страхи. К счастью, все мы дошли непокалеченными, но бывают и обратные случаи.

Дома запирать? Конечно же, нет. Забирать компьютер и Интернет бесполезно. Степень компьютеризации общества довольно высока. Не у себя дома, так у друга он поиграет. Лишить мобильного телефона? Я вообще не представляю, что такое жизнь сегодня без мобильного телефона. Это не значит, что надо отказываться или что-то забирать, запрещать. Просто надо дать альтернативу. Просто надо работать. Вместе пойти на лыжах кататься, если это зима, вместе пойти в поход, если это лето. В какую-то секцию записать, заинтересовать, почаще дома создавать положительную атмосферу, посмотреть, с кем он дружит, кто в компании заводила, кто в компании негативный лидер. Познакомиться с кругом общения, в школе поинтересоваться, в тетрадки заглянуть.

Ведущая: И вы говорили, что есть какой-то родительский контроль, специальный софт, который поможет отследить опасные маячки?

Александр Ластовский: Программ сейчас до безобразия много, которые могут и компьютер защитить, и ребенка защитить и вам предоставить скрытый дистанционный контроль за тем, что ваш ребенок делает в Интернете. Я все-таки думаю, что рано или поздно мы придем к тому, чтобы вмешиваться в эти информационные процессы, в которых живут наши дети.

Когда что-то такое происходит, сразу начинается паника у родителей в соцсетях. Мне в вайбер пришло от подруги сообщение про игру "Беги или умри", и что надо распространить инфу дальше и поговорить со своим ребенком. Я сообщение распространила. Потом по телевизору увидела сообщения от милиции. Что все это неправда, не нагнетайте обстановку. Сейчас онлайн-конференция на эту тему, и всё это правда… Как вести себя в таких ситуациях? Распространять информацию, чтобы других предостеречь, или нет? И может, стоит оперативнее давать комментарии, а то родители могут и на ровном месте панику создать…
Ольга (Неизвестно)

Александр Ластовский: Почему-то всю информацию, которая публикуется в Интернете, люди принимают за правду. Нужно меньше верить тому, что распространяют социальные сети, тому, что присылают по Вайберу. Все слухи про наркожвачки, про банду педофилов, которые похищают детей, имеют благодатную почву среди родителей. Все эти слухи, кстати, приходят из  стран-соседок - России и Украины. 

Приведу пример. Школа в Заводском районе, две девочки сидят на уроке и видят, что за территорией школы подъезжает черная машины и оттуда выходит ребенок. Они сопоставляют факты, что утром видели информацию о банде педофилов, а тут черная машина с ребенком, и сразу в социальных сетях распространяют информацию, что они только что увидели, как похитили ребенка. Информация доходит до педагога, и он в панике бежит к завучу. Тот звонит в милицию с информацией, что у них похитили ребенка. Вот представьте себе, в каком искаженном виде информация дошла до милиции. Поднимаются наряды, приезжают все заинтересованные службы и начинаем разбирательство. Затрачиваем несколько часов и когда находим первоисточник информации, а именно, двух школьниц, выясняется, что это всего лишь их домыслы.

С нашей стороны комментировать все эти появляющиеся сообщения особо оперативно не получится. Твиттер у нас работает постоянно на опровержение подобной информации, но не всегда быстро можно установить, слух это или нет, потому как нужно проверить информацию не только по Минску, но и по всей стране. Слухи - это психологическое оружие, которое в последнее время получает массовое распространение. Можно вбросить любой слух и парализовать работу того или иного объекта: транспорта, государственного учреждения. Этот случай не единичный, подобный случай был недавно во Фрунзенском районе. Нам надо привыкнуть, что мы живем в эпоху Интернета. Интернет забит неподтвержденной информацией. Прежде чем принимать какое-то решение, нужно тщательно изучить источник информации. Если вам на телефон поступила какая-то информация, то вы всегда можете позвонить дежурному по телефону 102 и сообщить об этом. Но это, конечно, в идеале. Потому что, зачастую, когда приходит такая информация, мы не знаем, правда это или нет, мы не знаем ее источник, мы начинаем мониторить социальные сети, ее подхватывают интернет-сайты, потом официальные СМИ ссылаются на эти сайты, потом выясняется, что все это неправда, идут комментарии милиции, уже запоздалые, а информационный вброс состоялся, аудитория уже получила послание. У нас в стране, ничего из подобных сообщений и близко не подтверждалось. Поэтому надо как-то объективно к подобной информации подходить и с долей скептицизма.

Здравствуйте! У меня дочка, подросток 13-ти лет. Весьма ранимая. Я волнуюсь за нее. Скажите, на что надо обращать внимание?
Екатерина (Неизвестно)

Александр Ластовский: Мы уже говорили, что в поведении подростка должно насторожить. Если что-то из перечисленного присутствует, и ребенок не идет на контакт, тогда надо бить тревогу и за руку вести его к психологу. Нужна помощь специалиста. Стеснятся здесь нечего. Многие дети в таком возрасте… ведут себя резко. Я с ужасом вспоминаю, каким был в свои 13-17 лет. Бедные родители. Но может тогда не было столько соблазнов и таких кошмарных, как те же группы смерти. Сейчас наши дети информационно в Интернете ничем не защищены. Все что хочешь, можешь увидеть, любую картинку. Начиная от суицидальных, заканчивая порнографией, насилием. Сейчас необходимо взрослым больше внимания уделить нашим детям, когда родители оставляют ребенка один на один с компьютером смотреть мультики, а сами занимаются своими делами, это тоже неправильно. Или пытаясь компенсировать нехватку внимания, дарят ребенку дорогой мобильный телефон, облегчая доступ в Интернете ко всем "забавам". Хорошо это или плохо? Это надо в каждой ситуации судить… 

Вчера прочел информацию, что в одном из округов России решили на законодательном уровне запретить детям до 14 лет регистрацию в социальных сетях. А с 14 лет только по реальным документам, проверка которых возложена на администраторов сети. Хороша или плоха идея, можно спорить до бесконечности. Но здоровое зерно здесь есть. Пришло время, когда вседозволенность, связанная с соцсетями, как-то материализовалась в виде "7 китов", групп смерти. Раз об этом говорят во многих странах, то, может, пришло время, как-то дозировать информацию и защищать наших детей. Они объективно к этому потоку не готовы, раз мы говорим о каких-то суицидальных проявлениях.

Смотреть еще