Онлайн-конференция на тему "Чем богаты и как используем природные ресурсы Беларуси?"

Онлайн-конференция на тему Чем богаты и как используем природные ресурсы Беларуси?

Онлайн-конференция на тему "Чем богаты и как используем природные ресурсы Беларуси?"

Чем богата белорусская земля и как мы используем природные ресурсы? Много ли в наших недрах черного золота и алмазов и что из добытого сырья ценится больше всего?

Сколько калийной соли экспортирует Беларусь, а что импортирует?

На вопросы о полезных ископаемых ответил заместитель министра природных ресурсов и охраны окружающей среды Андрей Хмель.

В республике остро стоит вопрос очистки умирающих озер. Попутно добывается ценное полезное ископаемое - сапропель, но Водный кодекс запрещает его добычу в прибрежной полосе. Возможен ли перенос прибрежной полосы при добыче сапропеля от уреза воды очищенного  озера? Возможно ли разработка программы по очистке озер и упрощение оформления документации по добыче сапропеля? Спасибо за ответ.
Зенон Станиславович Бальцевич (г. Лида Гродненской области):

Андрей Хмель: Добыча любого полезного ископаемого осуществляется в рамках Кодекса о недрах Республики Беларусь. Для того, чтобы добывать тот же сапропель, юридическое лицо либо индивидуальный предприниматель должен обратиться в соответствующие органы и получить горный отвод. Что касается самой очистки озер, здесь немного другой процесс, потому что не каждое озеро Республики Беларусь имеет запас сапропеля, который экономически выгодно добывать. 

Процесс очистки озер осуществляется по другим регламентирующим документам. Конкретно - озера очищает собственник озер - частное лицо либо местные исполнительные распорядительные органы. Во всех этих вопросах есть порядок. Что касается водоохранных зон, которые в данном вопросе названы как урез воды, они тоже устанавливаются местными исполнительными распорядительными органами в соответствии с действующим законодательством.  

Была удивлена, когда осознала, сколько нас окружает продуктов нефтепереработки: от банального, но полезного пластика до искусственных волокон, из которых делают одежду. Ведь ПАН - это и есть переработанная нефть. То, чем мы пользуемся каждый день - тоже продукты переработки "черного золота". А есть ли какой-то ресурс, который мог бы поспорить с нефтью по полезности и пригодности в быту?
Александра (Неизвестно):

Андрей Хмель: Любой полезный ресурс важен… Будем говорить о той же воде. Жизнь человека без нее невозможна. Мы гордимся, что у нас ее достаточные запасы. Мы предпринимаем меры, чтобы запасы подземных вод сохранить объемно и в таком же качестве. Еще одна наша гордость - запасы древесных ресурсов. Республика Беларусь богата деревом. Тоже стоит вопрос об их рациональном использовании. Наш интерес в том, чтобы из этого материала произвести мебель или другую продукцию и продавать в разы дороже, получив добавленную стоимость. На сегодняшний день без полезных ископаемых не может жить человек. 

Будет ли продолжена добыча янтаря на Гатча-осовском месторождении?
Михаил (Кобрин):

Андрей Хмель: Добыча янтаря будет продолжаться, но для начала нужно урегулировать этот и другие вопросы законодательным актом. Ведь не суть добыть сам янтарь. Суть определить законность его обращения в РБ, установить, кто будет вести его учет, кто будет уполномочен на его скупку, как будет осуществляться процесс его реализации за пределы Республики Беларусь. После того, как нормативными актами мы на эти вопросы ответим, такая деятельность в РБ сможет развиваться. Я думаю, через пару месяцев нормативные акты как по янтарю, так и по мореному дубу будут готовы.   

Говорят, что Беларуси не очень повезло с полезными ископаемыми - у нас они в категории труднодобываемых. Скажите, какие все же у нас есть полезные ископаемые? Которые полезные ископаемые экономически оправданы для добычи?
Виталий (Минск):

Андрей Хмель: Наверное, нельзя сказать, что Республике Беларусь не повезло с полезными ископаемыми. Мы не богаты углеводородами, но очень богаты пресными и минеральными водами. В перспективе жизнь покажет, что будет дороже - нефть или вода. Нужно сказать, что нефть тоже есть в Республике Беларусь. Ее не так много, но мы ее добываем. Это нефть достаточно хорошего качества. 

Есть калийная соль. Безусловно, это основное богатство на сегодняшний день из природных ресурсов, и экспортный потенциал этого вида полезных ископаемых очень серьезен. Республика Беларусь богата строительными материалами - это пески, мел, сырье для производства цемента. Еще одно национальное богатство - торф. В Республике Беларусь торфа очень много, запасы его колоссальны, их будет достаточно на столетия вперед при рациональном использовании. Очень популярны на сегодня такие ископаемые, как сапропель, трепел, доломит. Их используются в качестве добавки к корму животных, а также в других отраслях промышленности Республики Беларусь. 

Новое направление, которое сегодня Министерство природных ресурсов и охраны окружающей среды Республики Беларусь пытается освоить, - месторождение базальта. Мы приложим все усилия для того, чтобы его подробно изучить в ближайшие годы  и внедрить в оборот Республики Беларусь. Ведь из базальта делаются материалы для утепления зданий и кровель, для отделки - плитка. Даже корпуса самолетов делают из базальтового волокна. Потенциал использования данного вида ресурса огромен. 

Так что Беларусь не обделена полезными ресурсами, наша задача их грамотно, экономически выверено и рационально использовать.

Ведущий: Добыча базальта ведется?

Андрей Хмель: Пока нет. Открыто месторождение базальта в Пинском районе Брестской области. В ближайшие годы будет проведена детальная разведка, проработка, будут сделаны все необходимые испытания и анализы с целью определения, можем ли мы использовать его в Республике Беларусь с теми технологиями, которые применяются на наших перерабатывающих предприятиях. Далее будет сделана экономическая оценка и экономический просчет. Я думаю, что в течение двух лет подготовительная работа будет завершена и мы сможем вовлечь это месторождение в хозяйственный оборот Республики Беларусь.

Ведущий: А пока базальт мы импортируем?

Андрей Хмель: Базальт импортируется на 1,2 миллиона долларов США. Повторюсь, что в Республике Беларусь он используется и в настоящее время, например, предприятием "Гомельстройматериалы" (это основной потребитель) для изготовления базальтовой ваты. . 

Как вам помогают ученые? Прошлый год был Годом науки. Какие новые технологии/разработки были вам предоставлены?
Артем (Неизвестно):

Андрей Хмель: Геология не может существовать без науки. В Республике Беларусь работает научно-производственный центр по геологии, есть институт природопользования при Академии наук, вопросами геологии занимаются различные кафедры в университетах. Белорусский научно-исследовательский и проектный институт нефти изучает вопросы поиска, технологий извлечения нефти, он оснащен самым современным оборудованием. Там подрастает новое поколение ученых, которые будут заниматься углеводородами, уже есть кандидаты минералогических наук, я уверен, что это будущие доктора. Научная система создана, она функционирует. До того, как поставить бурение параметрической скважины на нефть, до того, как начать серьезное изучение и бурение на твердые полезные ископаемые, делается картирование территории, научные специалисты просчитывают, где потенциально может быть обнаружено то или другое полезное ископаемое. При бурении скважин поднимется на поверхность керн - пробы земли, грунта, полезных ископаемых, гранита. Этот керн изучается различными способами, по которым ученые определяют его  структуру и понимают, залегает там какой-то вид полезного ископаемого или нет. Далее ученые принимают решение о постановке конкретной точки параметрического бурения, после чего уже специалисты-буровщики выполняют эти работы. Керн хранится продолжительное время, чтобы в будущем при появлении новых технологий можно было вернуться к нему и в тех скважинах все-таки найти полезные ископаемые. Большая часть работы по геологическому изучению недр - работа научных сотрудников.

Ведущий: Много ли таких образцов керна в запасах у ученых?

Андрей Хмель: Да, очень много. Часть керна, которая касается углеводородов, нефти, передана "Белоруснефти". В Гомеле построено современное кернохранилище с учетом всех передовых технологий. 

Каких полезных ископаемых у нас больше всего и что мы добываем в принципе?
Алена (Гродно):

Андрей Хмель: Больше всего запасов калийной и каменной соли. Запасы колоссальные - миллиарды тонн, при том, что мы добываем миллионы. Торф и строительное сырье. Этих полезных ископаемых в Республике Беларусь много.

Ведущий: Мы добываем, а те местах, где образовываются карьеры, как-то облагораживаем?

Андрей Хмель: Предусмотрена рекультивация карьеров. Если мы добываем, к примеру, строительные пески, эти карьеры рекультивируются. Когда проезжаете по реконструируемой трассе М-6, которая соединяет Минск и Гродно, можно увидеть вдоль дорог, немного поодаль от трассы, что часть карьеров, которые использовались для добычи полезных ископаемых для строительства дороги, уже рекультивированы. Здесь вред окружающей среде по большому счету не наносится. Есть регламентирующие документы. Тот же Кодекс о недрах четко регламентирует все эти виды работ. 

Безусловно, для такого карьера, как у предприятия РУПП "Гранит", колоссального по объемам, вопросы с рекультивацией есть. Что касается, к примеру, месторождений калийной или каменной солей, там как таковой рекультивации не производится, но эти, будем говорить, выемки в земной коре могут использоваться под различные цели, например, для создания газовых хранилищ. При добыче полезных ископаемых опираются на регламентирующие документы, которые учитывают как экономические составляющие, так и составляющие экологические. Полезные ископаемые добываются с учетом этих двух факторов.

Ведущий: А что делать с теми горами - отходами калийной соли, которые мы видим около Солигорска?

Андрей Хмель: Безусловно, мы ищем технологию для переработки этих отходов. Я уверен, что в ближайшем будущем она появится. Никакого серьезного вреда окружающей среде они не наносят, потому что это природный ресурс.

Ведущий: А в мировой практике их как-то используют?

Андрей Хмель: Республика Беларусь является третьей в мире страной по экспорту калийных удобрений. Безусловно, если бы были мировые практики, они бы и у нас использовались. Технологий по переработке больших объемов отходов на сегодняшний день у нас нет. 

Какими полезными ископаемыми, которые идут на экспорт, может похвастаться Беларусь? За исключением всем известной калийной соли.
Анастасия (Слоним):

Андрей Хмель: 2,2 миллиарда долларов принес экспорт калийной соли в прошлом году. Нельзя сказать "за исключением", так как это главный экспортный продукт из полезных ископаемых. Наша белорусская нефть была переработана на наших заводах в нефтепродукты, ушла на экспорт - доход составил 600 миллионов долларов. Не секрет, что Республика Беларусь осуществляет экспорт нефтепродутов (правильнее сказать реэкспорт). Российская нефть перерабатывается на белорусских нефтеперерабатывающих заводах, которые прошли модернизацию и являются очень эффективными в работе. Около 5 миллиардов долларов заработано на экспорте нефтепродуктов, но не нефти. Каменной соли мы экспортируем на 85 миллионов долларов, щебня - на 80 миллионов, цемента - порядка 100 миллионов. Это основные цифры экспорта природных ресурсов и полезных ископаемых Республики Беларусь.

Много ли дополнительных процедур необходимо сделать с нашими полезными ископаемыми, чтобы в итоге сырье начало соответствовать требованиям промышленности и сельского хозяйства? На какие ресурсы мы больше всего тратим время для переработки/обработки? СтОит ли оно того?
Елена (Неизвестно):

Андрей Хмель: Стоит или не стоит добывать, просчитывается еще до того, как природные ресурсы извлекаются и перерабатываются. Если сырье извлекается - экономика в этом есть.

Что касается переработки полезных ископаемых. Каждое полезное ископаемое по-своему разнообразно. Если мы извлекаем песок, щебень необходимой фракции, переработки как таковой не требуется. Каждый из нас, наверное, видел, как работают карьеры. Нужная фракция есть - приходят автомобили, загружаются и сразу на строительство дорог. Если нужен отсев или другая фракция полезного ископаемого, то применяются обычные линии для сортировки без всяких технологических приемов. 

Что касается кварцевых песков, которые используются в стекольной промышленности, здесь вопрос тяжелее. Они проходят обогащение, из них извлекаются те примеси, которые не должны попасть в производство. В любом случае, у нас в Республике Беларусь этими вопросами есть кому заниматься. Есть научно-исследовательский институт строительных материалов, есть Белорусских государственный технологический университет, которые постоянно трудятся над разработкой новых методик подготовки к производству или обогащения природных ресурсов. Эти научные заведения совершенствуют технологический процесс с целью получить наибольший экономический эффект от использования того или иного вида полезных ископаемых.

Ведущий: Вы говорили, что достаточно большое количество песка, гранита, гравия на десятки, сотни лет вперед. В этом году белорусы, которые строятся столкнулись с проблемой нехватки песка. Чем это вызвано?

Андрей Хмель: Я уверен, что для частного строительства никаких вопросов по песку и гравию в стране не существует. Возможно, вопрос стоимости и доставки. Если объект строительства частного лица удален от карьера, то доставка ему может обойтись дороже, чем другому строящемуся лицу. Сегодня в этой сфере работают как  государственные организации, так и частные лица, которые официально могут купить в карьере песок и доставить по месту назначения. Я уверен, что на сегодняшний день такой проблемы в республике не существует. Скорее всего суть вопроса в логистике.

Недавно отдыхала в белорусском санатории. Было небольшое лечение, которое включало в себя лечение минеральными водами. Объясните, пожалуйста, почему в санаториях мы пьем не газированную воду, а в магазинах только газированная? И продаем ли мы наши минеральные воды как природный ресурс?
Ольга (Неизвестно):
Андрей Хмель: Что касается минеральных вод. Беларусь очень богата данным видом природных ресурсов: пресные воды, минеральные воды. У нас в республике 85 санаториев, где минеральные воды используются для лечения заболеваний различного профиля. Вода в санаториях не газируется, потому что это чистая природная вода, которая поступает непосредственно из месторождения. Что касается продажи минеральной воды в магазинах. Там она есть газированная, среднегазированная и негазированная, тут уже выбор за покупателем - кому что нравится. Что касается экспорта, некоторые белорусские производители осуществляют поставку воды в Российскую Федерацию и Литовскую Республику. Что касается рынка европейского - туда достаточно тяжело попасть, но компании работают в этом направлении и разлитую воду, либо питьевую либо минеральную - экспортируют. Вода наша недорогая. Призывают всех пить больше нашу родную белорусскую воду.
Как планируется диверсифицировать импорт полезных ископаемых (энергетическое сырье)?
Денис (Минск):

Андрей Хмель: Основное направление деятельности, которое мы будет осуществлять в ближайшие годы по геологии - это импортозамещение. Мы совместно с Министерством архитектуры и строительства посчитали, что потенциал импортозамещения только по строительным материалам составляет около 100 миллионов долларов в год. В этой цифре у нас отражен импорт строительных материалов, таких как гипс, глина, щебень и гранит. Пески кварцевые и базальт тоже импортируем в Беларусь. При грамотном подходе и определенном количестве инвестиций в изучение месторождений и их детальной проработке можем значительно сократить объемы импорта. 

Единственное, на что не можем снизить импорт сегодня - это нефтепродукты. Так как сами добываем всего лишь один миллион 650 тысяч тонн, при том, что  потребление у нас в разные годы колеблется от 17 до 22 миллионов тонн. Все зависит от объемов нефтепереработки. Основная часть импортируется для переработки, после чего идет на экспорт. Значительно уменьшить объем импорта углеводородов в страну мы не сможем, так как больших залежей у нас на сегодняшний день не обнаружено. Сегодня основная задача по углеводородам такая - ученые и геологи должны каждый год приращивать разведку залежей нефти больше, чем ее добывают, чтобы мы не истощали запасы, которые у нас есть. На данный момент обнаруженных запасов нефти в наших недрах - порядка 42 миллионов тонн. В прошлому году, добыв миллион 650 тонн, мы прирастили запасы на миллион 700. Потенциально запасы у нас не уменьшаются, но при сегодняшнем потреблении собственных углеводородов Беларуси, безусловно, недостаточно.

Ведущий: Проще говоря, миллион 600 тонн нефти мы в прошлом году добыли, разведали на миллион 700. Значит, есть, где копать и что разведывать.

Андрей Хмель: Есть, где копать. Республика Беларусь имеет хороший потенциал для поисковых работ. На сегодняшний день нам нужна съемка, хорошие территории, которые определяются бурением скважин. Например, скважина на 1 квадратный километр. У нас достаточно изучен Припятский прогиб, и мы будем продолжать его изучение. Существуют другие нефтеперспективные участки, где тоже попытаемся провести параметрическое бурение, чтобы определиться, есть нефть или нет. 

Надо отметить, что геологоразведка - очень затратное мероприятие. Бурение поисковой либо параметрической скважины глубиной 2,5-3 километра стоит 2,5-3 миллиона долларов. Т.е. метр бурения - тысяча долларов. Попадаются граниты и другие породы, пройти которые стоит колоссальных затрат. Поэтому сегодня Минприроды доказывает эффективность геологоразведки тем, что инвестиции сегодня завтра окупятся сторицей. Надеемся, что сможем или привлекать инвесторов, или государство будет оказывать поддержку для геологоразведки. А мы будем показывать результат, находить те полезные ископаемые, которые нужны экономике Беларуси.

Ведущий: Скажите, что касается разведки нефти, если сравнивать с Россией или ОАЭ, насколько дороже или дешевле у них это получается?

Андрей Хмель: По большому счету цены одинаковые. Огромной разницы нет. Единственное, что технологии нашей геологоразведки недостаточно совершенные. За счет более совершенных технологий разведки в США или РФ есть возможность сэкономленные средства направить на достойную оплату труда тех же специалистов по геологоразведке. Что касается технологии добычи, то с уверенностью скажу, что у нас основную часть добывает Белоруснефть (можно сказать, всю), и технологии, которые используются, соответствуют лучшим современным методам. Инвестиции привлекаются для модернизации оборудования. Мы не уступаем по технологиям добычи ни РФ, ни другим странам. 

Моя подруга живет в Гомельской области. По пути к ней в деревню вижу небольшие установки по добыче нефти. Качают себе, качают. В наших широтах это выглядит удивительно и непривычно. Тем не менее, нефть добывают. Где ее перерабатывают и как ее потом используют? Знаю, что Нафтан и Мозырский НПЗ работают с российской нефтью - там все установки под нее заточены.
Екатерина (Неизвестно):

Андрей Хмель: Белорусская нефть также перерабатывается на Мозырском НПЗ и в Новополоцке. Про объемы мы уже говорили - качали и продолжают качать. Это хорошо. Качество белорусской нефти очень высокое, она одна из лучших в Европе: она малосернистостая, легкая, слабопарафинистая, достаточно легкая в переработке. Вся нефть, которая добывается в Беларуси, перерабатывается на этих заводах и идет на экспорт.

Ведущий: А белорусы ездят на бензинах, что перерабатывают из этой нефти, или все идет на экспорт?

Андрей Хмель: Качество бензина, что из белорусской, что из российской нефти, не отличается. Есть определенные документы, которые утверждают те или иные показатели топлива. Качество бензина зависит лишь от качества переработки на наших нефтеперерабатывающих заводах. Как я уже говорил, качество нефтепереработки с учетом проведенной недавно модернизации находится на очень высоком уровне. Белорусский бензин - очень качественный. 

Так уж сложилось, что алмазы, золото - все это хранится глубоко в недрах земли. ЮАР и Россия - одни из основных добытчиков алмазов. А как обстоят дела в Беларуси с самыми твердыми минералами?
Кристина (Минск):

Андрей Хмель: Поиск золота и алмазов не стоит на первом месте у геологов республики. Да, работы проводились. Были обнаружены проявления золота в районе деревни Зуберево Столбцовского района. Соответственно, есть потенциал для более глубокого изучения вопроса. Заинтересованное частное лицо с любым капиталом (белорусским или иностранным) может прийти и попробовать его найти. Обнаруженные вкрапления - достаточно неизученный материл, нужно провести геологоразведочные работы, которые затратны. Мы себе с учетом ограниченности средств на проведение геологоразведочных работ наметили другой путь. Наша задача - обеспечить строительные предприятия сырьем, также продолжаем изучение и поиск углеводородов. Золото и алмазы на повестке дня не стоят. Что будет дальше - жизнь покажет. 

Повторюсь, если будет заинтересованный инвестор, он сможет заключить договор и по законодательству РБ провести геологическое исследование названного участка дополнительно. В случае, если подтвердится экономика добычи этих полезных ископаемых, то ему будет предоставлено первоочередное право по добыче. Вкрапления есть, есть проявления золота и алмазов, но не в таком количестве, чтобы их было экономически выгодно добывать. 

Как вы вычисляете экономическую целесообразность для промышленной добычи каких-либо ископаемых?
Дарья (Неизвестно):

Андрей Хмель: До того, как что-то добывать, идет предварительная разведка, когда мы определяем, есть ли полезное ископаемое на этом участке. Когда потенциал есть, проводятся геологоразведочные работы, на поверхность поднимается керн, изучается, бурится несколько скважин, т.е. идет уже детальная разведка. На основании детальной разведки можно определить конкретные контуры месторождения, качество полезных ископаемых, будь то пески, доломит или другое полезное ископаемое. Далее проводятся работы по экономическому расчету и целесообразности добычи. Сравнивается на момент экономического обоснования стоимость минерального сырья, к примеру, с доставки его из Российской Федерации или Украины, стоимость его в Беларуси на других месторождениях. После всего готовится большая пояснительная записка, на основании которой делается вывод о целесообразности непосредственно разработки, добычи и строительства горно-обогатительного комбината. Наобум такие решения не принимаются, все просчитывается. Есть месторождения, которые предлагаются в концессию. На сегодняшний день таких участков 15, они определены указом Президента. Где-то требуется детальное изучение. Где-то оно уже проведено. Где-то готовы и все экономические обоснования.  

Добрый день! Хотим на даче установить солнечную панель. Скажите, можно ли обратиться в ваше министерство, чтобы нам рассказали, выгодно или нет устанавливать ее нам? Какие виды "зеленой" энергетики вообще можно "добывать" на даче?
Елена (Неизвестно):

Андрей Хмель: Любой, кто хотел бы установить у себя солнечную батарею и получать с ее помощью энергию или геоколлектор для подогрева воды, может 2-3 простыми действиями посчитать, выгодно это ему или нет. Например, солнечная батарея производит энергии 3 кВт/ч. Вы элементарно складываете стоимость самой установки, ее монтаж и сравниваете со стоимостью киловатта, определяя для себя экономическую целесообразность. Если вы все-таки решите обратиться в Минприроды, то вам не откажут, но я думаю, определиться, выгодно это или нет, можно самостоятельно. Где-то к этим технологиям люди приходят не из экономии, а в большей степени для автономности своего домовладения.

Что касается других видов природных ресурсов (энергии солнца, ветра, тепла земли). Многие частные владения сегодня внедряют тепловые насосы, которые забирают тепло земли и используют его для обогрева помещений. Предложений по продаже и установке солнечных батарей, тепловых насосов достаточно в Интернете, можно и к продавцам с интересующими вопросами обратиться. В европейских странах стоимость энергоресурсов, электроэнергии в разы выше, чем в Республике Беларусь, поэтому экономия и выгода от использования этих приборов там выше, чем у нас.

Ведущий: А документы какие-нибудь нужны, чтобы мне поставить солнечную батарею или ветряк?

Андрей Хмель: Ветряк - достаточно серьезная установка. Инвесторы в основном занимаются этими вопросами. Насколько я помню, 6 или 7 лет назад в Новогрудском районе внедрялась первая установка в полтора мегаватта. Недавно я проезжал мимо и был удивлен масштабностью - их уже около двух десятков. То есть, для инвесторов это выгодно.

Из документов потребуется проектное решение, согласование с Минэнерго, чтобы производимую электроэнергию забирали в сеть. Что касается энергетических установок в частном секторе, я пока таких вопросов не встречал, больше используются солнечные батареи. Согласования Минприроды для установки солнечных батарей не требуется. 

В прошлом году в Брестской области была начата пробная добыча янтаря. В стране промышленно значимых месторождений не выявлено, но добыча все равно стартовала. Для чего? Смогут ли частники там добывать янтарь?
Владимир (Брест):

Андрей Хмель: Это была пробная добыча. На сегодняшний день определено, что запасы янтаря в Республике Беларусь существуют, но экономически, в больших объемах, производить добычу нецелесообразно. Но есть ряд юридических, физических лиц, которые хотели бы добывать янтарь. Уже подготовлен законопроект, который будет регламентировать добычу янтаря и добычу такого важного и интересного полезного ископаемого, как мореный дуб, юридическими лицами и индивидуальными предпринимателями.

Ведущий: Сколько мореный дуб должен пролежать в земле, чтобы достичь хороших качеств, и много ли его?

Андрей Хмель: Мореного дуба достаточно много, об этом говорят исследования частных лиц. Запасы его официально не подсчитаны. Что касается качества мореного дуба, то чем старше он, тем лучше. В Республике Беларусь добывался мореный дуб возрастом в 6 тысяч лет. Материал это достаточно дорогой, специфичен в обработке, есть определенные технологии. Из него можно получить качественный продукт, только соблюдая определенный технологический процесс. В упомянутом мною  указе мы стараемся предусмотреть, чтобы необработанный моренный дуб - достояние республики - не вывозился за пределы РБ. Мы настаиваем, чтобы только продукция из мореного дуба уходила за пределы страны. Это может быть как пиломатериал, так и мебель или другие изделия. Наша задача обеспечить хорошую добавленную стоимость на продукцию и поступление средств в бюджет.

Невозобновляемые природные ресурсы вечно добывать из недр земли мы не сможем. Как сейчас регулируется добыча полезных ископаемых, чтобы самим пользоваться благами и оставить нашим потомкам? Спасибо!
Юлия (Неизвестно):

Андрей Хмель: Основная задача - рациональное использование природных ресурсов. Этим вопросом занимается не только Министерство природных ресурсов, но и недропользователи. Я повторюсь, что целый ряд природных ресурсов возобновляемый. Если говорить о той же нефти, то мы сегодня добываем то, что можно добыть, и не ограничиваем себя. Что касается нефти, то наша задача - находить новые месторождения, и здесь потенциал есть. 

Что касается основных крупных месторождений полезных ископаемых, то по калийной, каменной соли не стоит вопрос, что их не хватит будущим поколениям - безусловно, хватит. Основной акцент на рациональном использовании. Если мы разрабатываем карьер со строительными материалами, то он должен быть выработан на 100%. И если в нем запасы на 20 миллионов тонн, которые утверждены, просчитаны, то никто не позволит организации, даже если ей экономически выгодно только сверху добыть 5 тонн и перейти на новое месторождение, это сделать. Нет. Организация обязана использовать его весь, а затем рекультивировать. 

То же по подземным пресным водам, которые сегодня в республике в основном используются для питьевого водоснабжения. Водный кодекс Республики Беларусь запрещает предприятиям использовать источники подземных вод, если есть поверхностные или центральный водопровод. Исключения сделаны только для производств пищевых продуктов и для кормления и поения животных. Стараемся ограничить бурение скважин, потому что скважина, по большому счету, - это потенциальный источник загрязнения подземных вод. Чтобы уберечь источники, министерство природных ресурсов жестко регулирует этот момент, возможно, даже в ущерб экономическим интересам предприятий, которым приходится вести переговоры о стоимости воды непосредственно с поставщиком. 

Министерство, наши региональные представительства, районные инспекции, областные комитеты следят за рациональным использованием природных ресурсов. Нарушения есть. Есть незаконные карьеры, где идет выемка полезных ископаемых без разрешений либо в нарушение действующего законодательства. Мы эти факты пресекаем и наказываем. 

Хочу обратиться к гражданам: "Если у вас есть подозрение, что где-то какое-то юридическое лицо незаконно разрабатывает карьер или выбирает песок для подсыпки дорог, обращайтесь в районную инспекцию Минприроды, будем принимать меры, предусмотренные законодательством". 

Уважаемый Андрей Валерьевич, возможно ли опытно-промышленное освоение белорусского янтаря?
Виталий (Минск):

Андрей Хмель: Повторюсь, на сегодняшний день нет экономической целесообразности для опытно-промышленного освоения янтаря. Подтверждено, что это экономически невыгодно. Могут выделяться участки для добычи копателями, но чтобы ни в коем случае не наносился ущерб природе, что закреплено нормативными актами. Можно было видеть, какой ущерб нанесен украинскими копателями янтаря и насколько это все страшно. 

Фотогалерея

Архив online