Скажите, как женщина может доказать в милиции, что она подверглась психологическому насилию? Ведь не остается ни следов побоев, ничего такого.

Скажите, как женщина может доказать в милиции, что она подверглась психологическому насилию? Ведь не остается ни следов побоев, ничего такого.

Сергей Красуцкий: Это в целом наше перевернутое сознание, что потерпевший должен что-то кому-то доказывать. Это касается не только домашнего насилия, но и любого правонарушения. Никто не должен ничего доказывать, доказывать должны мы, как органы внутренних дел, если к нам обратились, и есть определенные процедуры доказательств. Да, есть проблемы, когда это происходит один на один. Даже если есть синяки, это еще не факт. Процедура довольно сложная, хотя в большинстве случаев глобальных проблем с доказательной базой у нас нет. Поэтому, если оно было, надо, во-первых, не замалчивать этот факт, а во-вторых, проинформировать соответствующие органы. Слышали соседи, были какие-то прецеденты. И даже сами агрессоры очень редко говорят, что "я такого не делал" или "такого не было".  

 
Смотреть все выпуски

Новости