Онлайн-конференция

Вопрос от 28.06.2016 09:23:20

Проблема борьбы с допингом вышла на первое место в работе Международного олимпийского комитета. Скандалы, разоблачения. И наших атлетов это не миновало. НОКом за последние годы значительно усилена работа в данном направлении. Это касается не только разъяснительных бесед, точечной работы с тренерами и спортсменами. Мы реально начали серьезно наказывать за подобное. Увеличили количество проб у атлетов и стали брать их, может быть даже в самое неудобное для них время, если кто-то хочет схитрить, обойти правила. Сегодня минспортом и НОКом в рамках, в том числе и деятельности нашей антидопинговой комиссии, делается все, чтобы приучить наших атлетов, что медаль с допингом - сомнительная гордость для страны и сомнительная честь для спортсмена, и себе дороже, когда завтра у тебя эту медаль отберут.

На сегодня принято решение, что все спортсмены, которые отправляются на Олимпиаду, 100-процентно проходят тест на наличие допинга, независимо от того, претендует спортсмен на медаль или нет. Тесты отправляются нами в западные лаборатории - польскую, швейцарскую, немецкую. Мы сами заинтересованы в этом и показываем международным структурам, что мы здесь идем дальше, чем нам предписано. Можно проверять какой-то процент атлетов, но мы приняли решение проверять всех. Раз мы хотим бороться с допингом, нам надо сегодня наших спортсменов приучать, чтобы потом не было стыдно, когда будут забирать награды. Тем более что Президент об этом четко сказал. Он против допинга. Он категорически выступает за то, чтобы лишать тренеров и спортсменов любых благ и возможности дальше представлять свою страну либо выполнять свои функции профессионально в том случае, если такие факты будут выявлены. Я думаю, что всем тренерам и спортсменам надо серьезно задуматься об этом.

Что касается ситуации с нашей сборной по гребле во Франции. Это была провокация. Сегодня мы это понимаем. Тем более что у французских властей к тому времени было понимание, что те дозы мельдония, которые обнаружены у наших спортсменов, не позволяют квалифицировать данный факт, как нарушение антидопингового законодательства и, естественно, нести за собой уголовное преследование, как это предусмотрено законодательством Франции. Они осознанно это делали, предполагая, что все-таки какие-то доказательства найдут, что это не остаточные явления с прошлого года, и кто-то из спортсменов под прессингом все-таки признается, что чуть ли не вчера эту таблетку выпил, и еще может быть скажет, что кто-то из тренеров заставил ее принять. Кроме того, была изъята техническая аппаратура и компьютер у нашего врача.

Ведущая: А они имели право изымать?

М. Рыженков: Понимаете, на основании того, что якобы был обнаружен в организме спортсменов мельдоний, они так действовали. Несмотря на то, что ВАДА к тому времени уже давало разъяснения, что препарат не является допингом. Французская сторона прикрывалась тем, что информация до них еще якобы не дошла, хотя сотрудники антидопинговой лаборатории и агентства, которые присутствовали при всем этом, получают информацию буквально в режиме онлайн, и они могли вмешаться в ситуацию, но не сделали этого. Желание было что-то найти. Через эту провокацию вынудить спортсменов как-то психологически сломаться. Об этом Владимир Шантарович говорил тоже. Видимо, и вопросы конкуренции, хотелось таким образом решить: подсмотреть, что у нас в компьютерах.  

Вот смотрите, наши гребцы сегодня с какого спортивного мероприятия не приезжают, всегда с медалями. Чемпионат Европы прошел в Москве на днях - 10 медалей. У многих уже не просто зависть, а нездоровая истерика. Особенно у тех государств, которые были когда-то фаворитами в гребных видах спорта. А сегодня мы их опережаем. Конечно, я в этой связи не исключаю возможных подводных течений, но на сегодняшний момент ситуация с большего разрешена, хотя дело не закрыто. Французские правоохранительные органы не могут, сохранив лицо, красиво этот вопрос закрыть. По нашей информации, перекидывают это дело из Генеральной прокуратуры на прокуратуру города Ажен и еще куда-то, никак не могут разобрать, какой из прокуроров или юридически облеченных властью лиц закроют это дело. Результат, ради которого все это затевалось, не достигнут. И это французской стороне признать сложно. Знаю, что посол Франции в Беларуси шлет на родину депеши с просьбой прояснить ей ситуацию, ответа нет. Она встречалась с Владимиром Шантаровичем и определенные свои извинения за действия французских правоохранительных органов принесла.

Ведущая: На сегодня мы заявляем наших гребцов, они будут представлять Беларусь…

М. Рыженков: Вы же видите, никаких ограничений на участие в соревнованиях нет.